Верховный Маг — Глава 1270

Лит глубоко вздохнул, глядя прямо в глаза Флории, пока внутренняя буря разрывала его на части. Он хотел рассказать ей всё, но не мог. У него не хватало сил вынести отвержение — вдруг Флория оттолкнёт его, узнав о его происхождении от Отродья.

Если бы она приняла его, как сделала четыре года назад в академии и два года спустя на дне рождения Джирни, это было бы слишком много для него. Справляться с Камилой и Солюсом уже было тяжело; добавить к этому Флорию было бы просто жестоко.

Хуже того, это значило бы поставить её выше своей девушки и тем самым подтвердить правоту Флории, когда та обвиняла его в том, что он использует её как подопытного кролика — наблюдает за её реакцией на самые ужасные тайны и собирает данные, чтобы решить, стоит ли делиться ими также и с Камилой.

Подтвердить, что Флория была права, обвиняя его в том, что он держит её «про запас» на случай, если его нынешние отношения закончатся.

— Мне бы очень хотелось немного компании, — сказал Лит и отправил «Войну» в Зал Зеркал. Клинку нужно было оставаться вне карманного измерения, чтобы восстановить силы, но держать его рядом с Флорией было слишком опасно.

Она села рядом с ним и притянула Лита к себе. Он не сопротивлялся, пока его щека не оказалась на её плече. Флория чувствовала: что-то в нём изменилось. Его тело, аура, даже искра в глазах Лита стали другими.

Но она просто крепко обнимала его, пока его сердце не успокоилось.

— Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне всё, верно? — сказала Флория.

— Знаю, — ответил Лит, благодарный за долгое молчание, последовавшее за её словами. Её слепая вера и принятие были одновременно первым и последним, что ему сейчас требовалось, — и это вызывало у него горько-сладкое чувство.

***

Небеса Джьеры сразу после окончания скорби Лита.

Теперь, когда Могар освободил сознание Гардианов из своих пут, Тирис обнаружила, что её клюв впился в шею Левиафана. Фенагар тоже только что пришёл в себя и не смел пошевелиться.

Пусть все его раны и зажили без следа, в столь опасном положении Тирис могла одним поворотом клюва оторвать ему голову. Конструкт, удерживающий его, всё ещё действовал, а пауза даже позволила ей восполнить запасы Жизненного вихря.

— Ты вызываешь у меня отвращение, — сказала Тирис и отпустила Левиафана, глядя на него с презрением.

— Даже тот придурок Рогхар лучше тебя. Как ты мог спокойно наблюдать за уничтожением не одной, а двух цивилизаций и не двинуть пальцем?

Фенагару хотелось ответить, что ему совершенно безразлична судьба кучки мух, которые умрут раньше, чем он успеет моргнуть одним из своих змеиных глаз, и что его страсть к исследованиям вовсе не ограничивается родным миром.

Колга многому научил его — как создавать неживых существ и как обращаться с магией Распада. А Когалуга показал, как можно продуктивно использовать хаос-магию.

Отец всех Левиафанов давно интересовался тайнами жизни и смерти, и две погибшие цивилизации дали ему редкую возможность изучать обе стороны одновременно. Однако его интерес не простирался до желания испытать на собственной шкуре, что происходит с Гардианом после смерти, поэтому он промолчал.

— Сегодня уже достаточно смертей, чтобы добавлять ещё один труп. Более того, если Джьера потеряет одного из своих Гардианов, Владыка непременно присвоит эту землю себе и станет ещё большей угрозой, чем есть сейчас.

— У меня есть мёртвый город, который нужно уничтожить, и земли, которые требуется очистить. Прощай. Молись, чтобы нам больше никогда не встретиться, — сказала Тирис, рассеяла конструкт и повернулась спиной к Фенагару, даже не дожидаясь ответа.

Возвращение к Гарлену заняло у неё мгновение: Лигаин и Салаарк уже находились там. Общая ментальная связь делала призыв Врат Искривления даже на таком расстоянии детской забавой.

Тирис появилась прямо перед Когалугой — мёртвым городом. Без «Рук Менадиона» и «Запретного Солнца», питавших разлом, он начал закрываться. Она пересекла барьер, запечатывавший город, и направилась к источнику некромантской энергии, уничтожая всё на своём пути.

«Хорошая новость в том, что эта партия нежити будет последней. Плохая — если я сама не очищу это место, следующий рейнджер, отвечающий за регион Келлар, прийдёт сюда и решит, будто именно он очистил Когалугу.

Он присвоит себе чужую славу, и опровергнуть это будет невозможно без объяснений, которые лучше оставить в забвении», — подумала она, глядя на небесный разлом, который сжимался по мере того, как иссякала питающая его тьма.

«Так я смогу отдать заслугу за очищение Литу и помешать планам Дейруса, не вмешиваясь напрямую в дела Королевства».

***

Лит держался за Флорию, пока не стало ясно: ещё немного — и они оба уснут от усталости и утешения, которое находили друг в друге. Это сделало бы ситуацию крайне неловкой и добавило бы ещё одну тайну, которую им пришлось бы хранить.

Флория покинула его комнату и пошла проверить, как дела у Тисты, прежде чем ложиться спать.

Лит вернул «Войну», которая, казалось, всё ещё парила в облаках блаженства. Он ощущал её эмоции через кровную связь, позволявшую им общаться без ментальной связи.

«Спасибо за помощь сегодня», — мысленно сказал он.

«Война» не понимала благодарности и проигнорировала эти слова. У клинка была цель, и он рад был следовать ей до самого горького конца — для других.

«Ещё», — сказал он.

«Что значит „ещё“? Ты разве не помнишь, что со мной случилось? Сколько людей погибло сегодня от твоего адаманта?» — возразил Лит.

«Ещё», — умоляюще повторил клинок, и его голос напомнил Литу пса, который приносит хозяину мячик, чтобы тот снова бросил его.

«Полагаю, именно так чувствует себя человек, когда его питомец приносит ему тушку мелкого зверька в подарок. Неважно, насколько это мерзко — приходится принимать», — внутренне вздохнул Лит.

«Я с радостью уехал бы сегодня через телепортацию башни, но я же взрослый и обязан выполнить свой долг».

Долг перед кошельком, конечно. Лит ещё не получил оплату за свои услуги, и никакая травма не заставит его работать бесплатно.

После долгого вечера и ночи сна Лит отправился в мэрию, чтобы получить причитающееся. Ксот Нюэ был так доволен результатами миссии, что отдал Литу все шесть слитков адаманта вместо четырёх, которые тот заработал.

Лит торговался за два слитка за каждую раскрытую тайну, и хотя он не объяснил, как Колга управлял гейзером маны, Ксоту это было безразлично.

— Ты точно не хочешь задержаться ещё ненадолго? Вы с товарищами — герои Регии, и вы ещё многое можете сделать для нашего города, — сказал Нюэ.

— Совершенно уверен. Я хочу как можно скорее вернуться домой. Не связывайтесь со мной, пока всё не будет готово к нашему отбытию.